Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Светлой памяти пойманной Путиным 21-килограммовой щуки

ИСТОРИЯ СОВЕТСКОЙ РЫБЫ

Уровень политкорректности в России растет. Пусть медленно, но растет. Растет на глазах. Он уже почти сопоставим с уровнем политкорректности в западных странах. Все больше становится прав у разных маргинальных групп; у женщин, заключенных, домашних животных, уссурийских тигров и гомосексуалистов.

Не меняется ситуация только с рыбой.

У рыбы в России прав нет.

Рыба должна позаботиться о себе сама. Она не должна ждать милостей от тех, кто имеет непосредственное отношение к рыбе - от ихтиологов, поваров, рыбаков и даже от русских писателей. За все время существования в России рыбы они ничего хорошего для нее не сделали, и рассчитывать на них рыба больше не может.
Collapse )

Сегодня этот мой рассказ в Независимой газете.

http://exlibris.ng.ru/konkurs/2010-10-28/6_eye.html

ГЛАЗ БЛЮЗ


Глаз, мама. Глаз - как алмаз, мама. В нем так же хорошо отражается Россия, мама, как она отражается в алмазе. Глаз - как СкперМАЗ, мама. Он так же танет на себе тонны русского груза, как его тянет СУПЕРМАЗ. Глаз - как газ, мама. Он так много значит для России, как значит, мама, для нее газ. Глаз, мама, как пидарас. Он такой же активный, как, мама, пидарас. Глаз,- Солженицын, мама. Он так же знает, чего он хочет, как знал, чего он хотел, мама, Солженицын, Глаз - ирис, мама. Он такой же, мама, нежный, как ирис. Большлй выразительный нежный мама, русско-еврейско-монгольский, мама, глаз Мама, у нас никак нельзя без монгол. Без русских, мама, можно. Можно, мама, и без евреев. А вот без монгол, никак, мама! Даже, мама, в средней полосе. И в глазах, мама. И в русской, мама, литературе. Там все лучшее, что от нее, мама, осталось не от русских. И даже не от евреев, мама, как думают многие.
Тоже, мама, от монгол. Они пришли сюда раньше, мкма, всех. Они здесь сделали, мама, больше всех Поэтому их наследие будет ощущаться всегда даже там, где, их мама, давно нет. То есть в средней, мама, полосе и в глазах. И в русской, мама, литературе. Раньше глаз не так хорошо, мама, видел. Но ему сделали операцию, мама. И он, мама. стал хорошо видеть. Видеть Россию, мама. Видеть русскую литературу, мама. Видеть русско-грузинскую ситуацию, мама. Глаз - орел, мама. Глаз - беспилотный самолет-разведчик, мама. Летает, мама, бес пилота над Россией, над руской литературой и русско-грузинской ситуацией, и все мама, видит. Где там у них, мама, что. И на хуй ему, мама, не нужен никакой пилот. Но это, мама, глаз правый. А левый, мама, нет. Не алмаз, мама. Не СуперМАЗ, мама. И не газ, мама. И даже не пидарас, мама.
Collapse )

Вот такой он, русский век.

РУССКИЙ ВЕК


Долгое время мы сидим в тишине.
- Мне 92 года, Игорь, - наконец заговорила Ольга Анатольевна. - А все по хую и все нипочем. Курить хочешь? Кури. Не стесняйся. И я с тобой покурю. Выпить хочешь? Выпей. И я с тобой выпью. Я все могу. Не только выпить или покуртить. Этническую музыку слушать могу. Минет могу сделать. Въебать кому если что. Ты пойдешь Кремль или там попсу говном мазать, - и я с тобой пойду. У меня и реакция хорошая. И координация; я в гололед на одной ноге хожу. И острота зрения тоже хорошая. У меня и память тоже хорошая. От меня невестка телепрограмму прячет. А я срать хотела на невестку и на телепрограмму. Я все равно знаю, когда что идет. Мне достаточно один раз взглянуть, и я уже на все неделю запомню, когда «Время», а когда бразильское говно. И вены у меня не пухнут. И пародонтоза нет. И от мочи запаха нет. И голос твердый. И уши у меня все слышат. И от России мне не больно. И прошлого мне не жаль. И будущего я не боюсь. И на душе не грустно; душа еще чуда ждет. В душе еще тоска по оргазму есть. И нервы в порядке. И денег мне на все хватает. Меня жизнь так закалила. Я не сразу такой стала. Я раньше не была такой. Это конфетка меня такой сделала. Это из-за конфетки все.
Потом мы снова долго сидим молча.
Меня любят в основном те, кого я не люблю совсем.
Collapse )